Александр Радов и Ирина Васильева: «За независимость нужно платить»

radov_vasil01В прошлый раз мы говорили о взгляде на документалистику с представителем крупного федерального телеканала. Теперь попробуем взглянуть на тот же предмет с другой стороны. Сергей Сычев встретился с руководителями одной из главных независимых студий — производителей неигрового кино в России «Фишка-Фильм» Александром Радовым и Ириной Васильевой.

— Каковы тенденции телевизионной документалистики? Чего требуют от авторов каналы?

И.В.: Есть общий дух времени. При некоторых модификациях у каналов приблизительно одинаковые черты.

А.Р.: Формально это выставляется как соответствие международным требованиям, стандарту ВВС.

И.В.: Три слона, на которых держится международный формат, — синхрон, хроника и дикторский текст.

А.Р.: Вслед за Западом у нас в документальных проектах укоренились и игровые реконструкции. Кто-то делает это талантливо, а кто-то — нет.

И.В.: Есть и нюансы, отличающие один канал от другого. «Первый канал» позволяет себе работать с очень широким спектром фильмов. Там больше исключений, он свободнее, чем другие, увереннее в себе. Живая струя в мертвом русле. Например, купили для показа наш фильм «Б.О.Г. и «Божена», где нет дикторского текста. Это не формат. Но они не потребовали ни единой поправки. Мы были потрясены.

— Есть ли там жанры, которые вообще не представлены на других каналах?

И.В.: «Гении и злодеи», например. Это докудрама, но очень высокого уровня креатива. Хуже ругательства, чем «артхаус», на телевидении нет. Хуже мата.

— Почему на телевидение редко предлагают готовые фильмы, предпочитая работать по заказу с нуля?

И.В.: Причина прозаическая — финансы. За готовые фильмы платят меньше, и намного меньше.

А.Р.: Сейчас ситуация меняется, деньги начинают платить приблизительно одинаковые, но только если речь идет о покупке эксклюзивных прав. Разовый показ стоит минимальные деньги — 500, 1000 долларов. Это больше, чем всего несколько лет назад, когда речь шла о 30-50 долларах, но намного меньше, чем платят за показ игрового фильма или игрового сериала. Там за два-три показа фильм окупается. Почему-то считается, что документальное кино сильнее подвержено старению, поэтому платить за него нужно меньше. Раньше каналы покупали права только на распространение на территории СНГ, и можно было продать им фильм за небольшие деньги, компенсируя это продажей за рубеж. Или это были права только на пару лет, после чего можно было дособирать деньги, окупив производство. Теперь каналы понимают, что если фильм стоящий, то лучше приобрести его в вечное пользование. Его нельзя выпустить в кинопрокат или на DVD. Странная мания какая-то у каналов. В общем, эксклюзивные права им не так уж нужны, но о других и слышать не хотят. «Культура» лучше всех. Но они не могут позволить себе пристойных смет.

И.В.: Банальная истина, что не в деньгах счастье, там пока еще торжествует. Люди готовы работать за меньшие деньги, только бы иметь возможность творческой самореализации.

А.Р.: Они не требуют формата. Не дают разовых заказов, что, с одной стороны, хорошо, с другой — не очень. Хотя аудитория там все равно больше. На «Культуре» нет глупого редактирования, если требования и предъявляются, то, как правило, справедливые. Они не связываются с политикой и проплаченной рекламой. Проблема «больших» каналов в том, что они набрали большие штаты высокооплачиваемых редакторов, которым нечем больше заняться, как вцепиться в тело производителей. Это диктат с явным оттенком вкусовщины. Могут, например, приказать переписать сценарий уже готового фильма. Наш фильм «Два Мастера одной Маргариты», сделанный по заказу «России», они забраковали на корню.

И.В.: Дескать, мудрено слишком, издевательство над зрителем. Было предложено представить с нуля план переработки.

А.Р.: Мы оскорбились и вернули аванс. Это, оказалось, был беспрецедентный шаг, редакторы были потрясены. Мы забрали фильм и, трепеща, предложили его трем каналам — «Первому», ТВЦ и НТВ. Каждый канал был готов его купить, в итоге его взял себе «Первый», не потребовав никаких поправок. Показали уже два раза.

— Тысяча долларов за минуту — это стандартный бюджет?

А.Р.: Только для самых приближенных компаний. Если же речь идет о разовом сотрудничестве, на фильм дается в полтора-два раза меньше.

И.В.: Но мы все равно очень довольны и понимаем свое место. За независимость нужно платить. Мы умеем работать экономно. Идем дальше по каналам. НТВ — это канал, куда нам со своими фильмами ни разу пробиться не удалось, хотя мы когда-то пытались. Но то, что у них происходит на канале сейчас, ужасно. Они отслеживают то «жареное», что показывается на других каналах, и пользуются материалом, как им заблагорассудится. Например, по «Культуре» показали мой многосерийный фильм «Страданья». Они увидели, позвонили мне и предложили продать права. Предлагали деньги, бартер, но я отказалась, потому что моим героям это было бы неприятно, не говоря уже о том, что права на сериал принадлежали «Культуре». Они все же добыли сериал каким-то «левым» способом и без малейших ссылок превратили в пять минут материала с дичайшим дикторским текстом за кадром.

А.Р.: «Звезда». Канал сейчас в настолько бедственном материальном положении, что мы, хотя и договаривались с ними о производстве нескольких циклов, так и не получили необходимого финансирования. Видимо, приток средств туда прекратился, все пока что подвисло. Такое ощущение, что новый министр обороны не понял, какое счастье ему подвалило — иметь собственный телеканал. РЕН ТВ. Мы туда несколько раз совались, но быстро поняли, что у них ориентация на собственное производство, им кажется, что это дешевле, чем работа со сторонними производителями.

— Когда канал все же сделал заказ, как он контролирует производство?

А.Р.: Самый уважительный стиль работы — это когда канал рассматривает заявку, иногда просит расписать подробнее или сделать «пилот», а потом заключает договор и ждет готовую продукцию. В лучшие времена так делали на «России». И платили там достаточно регулярно. Был только приставлен редактор, который контролировал исключительно то, выдерживаются ли сроки производства, и расспрашивал о подробностях работы. Так было во времена Виталия Манского, Анны Виноградовой. Мы сделали для них несколько хороших фильмов, которые были показаны с хорошими рейтингами. Тогда не было ощущения, что давят. Боюсь, что сейчас возможности такой работы уже нигде нет. Редакторское и цензурное вмешательство теперь намного сильнее. C «Первым» сложно договориться о сотрудничестве в производстве — пробить свою тему, добиться финансирования. Нужно сначала снять фильм, принести им, показать, и если он им понравится, они его купят. Ни разу у нас не было такого, чтобы они согласились на нашу тему, но когда мы им приносили готовые фильмы, они покупали их с ходу.

И.В.: Выяснить алгоритм предложения, которое могло бы их заинтересовать, нам не удалось. Для нас это пока загадка.

Источник: Известия.ру

Статьи и интервью